Рома Зайковский (zapovedniy) wrote,
Рома Зайковский
zapovedniy

Categories:

Анатолий. Очень таёжный велопоход. (Завершение)

Чего бы мы не планировали, у тайги свой взгляд на происходящее. Примерно на такой драматичной ноте, своим ограничением по размеру поста, ЖЖ вновь обрывает повествование уже второй части истории, рассказывающей о походе двоих велосипедистов, которые устроили себе глубокое погружение в тайгу в поисках приключений. Завязка сюжета и сферические панорамы в первых двух частях поста. Новые испытания на наши души - ниже.




Ах, как интересно ориентироваться в дебрях по навигатору! По нему я вижу, что через несколько километров прямой тропы будет ответвление под острым обратным углом направо. Отлично. Травы - выше крыши – мы проламываем в них коридор с видом на небо. Через час-другой, в зависимости от качества запущенности тропы, навигатор покажет 400 метров до свёртка. И вот мы начинаем тянуться на цыпочки и все оставшиеся метры вглядываться: какие из этих кустов и деревьев, растут чуть реже остальных – это могло бы свидетельствовать о начале забытой тропы. 300 метров – идём, смотрим, 200 метров – идём, смотрим, 100, 50, 5.. прошли ещё 50 на всякий случай, а затем ещё… Судя по навигатору, перед нами чудесная лесная тропка, а вовсе не сплетение ветвей, кустов, сучьев, леших и кикимор. Начинаем возвращаться, обследовать окрестности в стороне от нашей “тропы”, нет-нет, да и наткнёмся на очередную полянку без бурелома. Похоже “закрывшаяся” на входе тропа свернула именно сюда. Отлично! Идём. До следующего свёртка несколько километров.


Поскольку новая дорога наших надежд не оправдала, на встретившейся нам судьбоносной развилке мы остановились отдышаться. Перед нами стояли два варианта: направо пойдёшь – спустишься ещё ниже, в долину реки Сунгай, и там попытаешь счастья, по очередному пунктиру выйти на Тягун; пойдёшь прямо, есть шанс выйти на остановочный пункт “Анатолий”, ветки “Барнаул-Артышта” Западно-Сибирской железной дороги. Здесь мы решаем изменить запланированный маршрут и пойти на Анатолий, поскольку, при немного меньшем расстоянии до него, выход из тайги произойдёт существенно раньше, чем при движении на Тягун. И сейчас, нам это уже важно, ведь необходимо сегодня выйти к “железке”, поскольку даже на сегодня у нас нет полноценного ужина, не говоря уж о завтрашнем завтраке или обеде.


13:00 Мы лазаем по высокой травище и кустам, постоянно ориентируемся по навигатору и на всякий случай разведываем местность в поисках пути получше. Перелазим через поваленные деревья, перекидываем велосипеды. Но вот возникает дорожка покрепче, и, внезапно для самих себя, выходим на тракторную дорогу, по которой явно в этом году не раз ездили трактора - совсем свежая! Ну, слава те господи! Чистая, почти сухая дорога. Чистим велы, в которых уже набилась куча травы и грязи так, что педали не крутятся. Навеска серьезно хандрит - дожила бы. Поехали верхом на велах, впервые за 2 дня!




Внезапно, через 200 м дорога заканчивается на опушке, где стоит столик из досок и пеньки, неподалеку в кустах мы обнаруживаем припаркованный мотоцикл Jawa. Слышны звуки трактора где-то внизу. Наша дорожка далее, с чистой тракторной, превращается снова в кусты и слабую колею:) Наша любимая тайга - мы идем:) Кушаем на солнечной опушке - отдыхаем - едем дальше.
Незадолго до выхода на “хорошую дорогу”, когда до цели оставалось всего километров восемь, перед нами остро встал вопрос питьевой воды. Про воду мы не забываем почти никогда, и количество её строго контролируем. Но так сложилось, что со вчерашнего вечера, который мы встречали в обществе дриад и сатир, где я кое-как сумел нацедить воды, до сего момента мы шли по верхам, и на нашем пути не встретился ни единый ручеёк. Снова ситуация, ноги промочены, а пить нечего. Завидев «открытую воду», болотце парой квадратных метров площади и двадцатью сантиметрами глубины, я устремляюсь к нему. Это уже кое-что, это не просто чавкающий торф. Разогнав ряску и головастиков, аккуратно стараюсь набрать фляжку. Если коснуться дна, то тут же всё в округе покрывается клубами грязевого взрыва, и со дна бегут струи пузырей. Но мне удалось набрать воды без ила. Во время обеденного привала за пропахшим автомаслами столиком, я заливаю добытое богатство в чайник, и кипячу на газу.

Выжить на полуденной жаре нам помогает бережно сохранённая литровая коробка клубничного сока, который мы припасли ещё в селе Сунгай, почти три дня назад. Параллелепипед коробочки в велорюкзаке давно уже скруглил углы, которые теперь пытались окраситься в цвет сока, но до своего выхода конструкция держалась.
Литр сока на двоих, на жаре и при такой активности – это так мало, это всего по два маленьких стаканчика, которые мы цедили долго-долго, стараясь случайно не проглотить лишнего соку, который не успел ещё насладить нас своею живительной влагой. Сладкий сок, конечно, энергетически полезней воды, но особой разницы между ними сейчас не было. Хотелось пить.

Всё это время пытался остыть литр кипячёной болотной воды. Когда к чайнику стало возможным прикоснуться, я перелил воду во фляжку, и ту сразу же немного повело от температуры. Закрыл её скорее, чтоб только глаза мои этого не видели. В белой фляге чёрный болотный кипяток смотрелся оскорбительным для обделённого вниманием чувства жажды. Пока собирали вещи к отъезду, поостыла и фляга, хотя руки ещё обжигала. Попробовал пить неглядя – с функцией воды “оно” справляется. У Кати осталось ещё немного “воды для белых”, надеюсь, ей не придётся пробовать эту “пьявошную настойку”.


Около 16:00 я стою в лесу с велами, Рома ушёл искать трек (точнее тропу: трек, пунктиры – всё это есть. Нет тропы.) Мы немного отклонились от него. Вернувшись, Рома сказал, что там нет дороги точно, и что даже если так, то нам не нужно сбиваться с трека. Свернули.
Благодаря вековой непролазности нетронутой тайги, дороги, брошенные даже десятилетия назад – местами всё ещё хорошо угадываются. Такие дороги не успели зарасти так плотно, как это сделала тайга за вечность, но за эти дни мы приобрели ещё немало опыта в плане навигации и построения маршрутов. Одним из наиболее откровенных открытий для меня оказалось обозначение дорог на карте. Дело в том, что когда мне довелось прокатиться на велосипеде по дорогам в бассейне Тогулёнка, реки, которая находится всего в двух десятках километрах отсюда, и расположена в абсолютно таких же формах рельефа и природных условиях – дорогами там назывались каменистые колеи, которые были покрыты частыми лужами, а в низинах бывали довольно грязными. Сейчас же мы идём по колее, на которой растут целые рощицы молодых осинок, метров в пять высоту и до десяти сантиметров в диаметре стволов. Плохие дороги нас не пугают, но признаться честно, не ожидал, что гравийные дороги с ежедневным трафиком в несколько автомобилей, и целая сеть “дорог” с осинами по колеям и с травами, скорее напоминающими юные деревца, чем былинку… Не знал, но теперь учту, что всё это обозначено на карте одним пунктиром.

Очень долго спускаемся по так называемым "просекам", по поваленным деревьям. Спускаться вниз хорошо, до тех пор, пока не встретишь на своем пути овраг, засыпанный молодыми поваленными березами. Печальный вид... И кому, а главное - зачем, нужно было свалить их и сделать эту просеку... Мы тащились вниз по этим деревьям, периодически проваливаясь в овраг под ними. Тяжело идти там пешком, а с велосипедами еще хуже. Мы не раз слышали звук бензопил и моторов, Рома говорил, что нам не нужно сбиваться с трека. Надеюсь, сегодня мы точно выйдем в деревню. Надеюсь...


Конечно выйдем! Ведь нам осталось всего километров пять! Но это пять километров тайги…
Когда нам было тяжело и не оставалось никаких сил, мы уже натерпелись столько, что и подумать не могли, какой “подарочек” готовит нам грядущий поворот. Из таёжной глуши вышли мы на широкую просеку. Сперва успели обрадоваться, что направление теперь проявилось однозначно, да и крепкие поваленные молодые берёзки говорили о том, что деятельность здесь велась либо по весне, либо в том сезоне, но уж точно не в прошлую эпоху. Но обнадёживающий вид просеки вскоре превратился в полное разочарование: передвигаться по ней мы не могли. Ковёр из поваленных деревьев и кустарников оказался настолько плотным, что все те прошлые, перегораживающие нам путь деревья, через которые мы перекидывали велосипеды, показались нам вполне сносным, а теперь и желанным препятствием. Здесь же идти приходилось по стволам и ветвям. Велосипед невозможно даже катить, только нести. Велорюкзак перекочевал на плечи. Опыт прохождения сложных участков маршрута, с велорюкзаком на спине и велосипедом на плече у меня уже был и не однократный (неймётся:), но совершенно невозможно проделать этот трюк, когда под ногами нет никакой опоры! И это – кое-что новое. Опять нам приходится вдвоём обрабатывать каждый велосипед, но даже таким способом идти получается крайне медленно. Каждый шаг приходится делать на пружинящие тонкие ветви, нога с которых регулярно норовит соскользнуть и, провалившись вниз, больно изогнуться среди нижних слоёв деревьев. Порой наш путь пересекался с глубоким сухим руслом ручья, который, наверное, гонялся здесь по весне. Среди травы и ветвей провал русла был едва различим, и несколько раз нам удалось в него угодить.

Впервые за время похода уйти с тропы в тайгу – становилось спасением. Я обследовал таёжные заросли в стороне от просеки, и если там они были не слишком завалены, мы устремлялись в чащу, чтобы хотя б чувствовать под ногами землю. В голове крутился один вопрос – зачем?! Огромное множество погибших деревьев, поваленных без всякой цели, при том и не ради просеки. Просека не езжена и непроходима, а через несколько километров и вовсе снова захандрила, да превратилась в тень тропы. А вот поваленные деревья были всюду, не только на просеке, но и в десятках метрах в сторону, где мы пытались найти слабые места тайги. Это был самый сложный в физическом и эмоциональном плане участок маршрута. В тот момент, когда остаются считанные километры до завершения сложного продолжительного маршрута, когда израсходованы все прямые и резервные запасы сил и средств существования, мы встречаемся с какой-то безнадёгой, которая к тому же строится на основе необъяснимой глупой вырубке не на что не использованных деревьев. Одно радовало – фашисты здесь не пройдут! Но и нам приходилось нелегко. Каждый час беспрерывной работы мы могли бы видеть свою тропу часовой давности, если бы не столь высокие травы, смыкающиеся за нами, как листья кувшинок над утопшим в болоте.

Батареи навигатора давно сели, и я использую аккумуляторы из фары, которые, к слову сказать, даже на полном заряде держат гораздо слабее обыкновенных батареек. Навигатор включаю теперь только для сверки маршрута. Не хотелось бы остаться в лесной глуши без него, в беседе со звёздами.

Да, последние несколько часов до нас иногда доносятся звуки надрывной работы грузовых двигателей. Но гоняться за ними – всё равно, что гоняться за эхом. Кажущиеся такими близкими люди могут работать за несколько километров, да ещё и не в той стороне, откуда доносится сотню раз переотражённый звук. Идём по пунктиру, каким бы паршивеньким он не был.

И вновь, даже тень тропы просто растворилась перед нами. Во все стороны довольно крутые спуски с горы, а дальше долина реки Мишиха. Отправляюсь в самый большой разведывательный радиальный выход. Налегке, вооружившись только навигатором, я посайгачил в чащу проверить состояние дороги, которая обозначена на карте метрах в четырёхстах. Времени этого дня оставалось совсем немного, Катуха осталась одна с велосипедами и со строгим указанием не искать меня, а дожидаться. Подобно Йетти, я мчался по тайге, как по своей малой родине, удаляясь в чащу. За треском ветвей и шумом приближающейся речки я точно не услышу, если Катя будет меня окликать, поэтому жутко переживаю, как бы она там не запаниковала в моё продолжительное отсутствие.

Вот она речка, чудесненькая! Шумная, перекатистая, хотя и совсем небольшая. Перескакиваю её, немного задержавшись на камнях, умывшись и напившись. Вкуснее болотной, хотя романтика – не та. Лосём пробиваю путь наверх. Мушки, комарики, оводок, веточка, колючечка, крапивка – этих проблем давно уже нет. Мухи выплёвываются, ветки трещат, крапива в недоумении. На четвереньках вскарабкиваюсь от реки в крутой подъём – дорога. Колея и без травы, иду по ней, в нос ударяет божественный запах хвои. По краям дороги вырастают чёрные стены густого ельника, видимо после пожаров посаженного плотными рядами. Из-за такой тьмы, что создаёт стена елей, травы нет ни под ними, ни на дороге – всё засыпано хвоей и шишками. Здесь такая тишина и полумрак, что даже немного не по себе. Иду дальше, но, увы. Дорога меняет направление и спускается к реке, где упёршись в густо поросшие ивняком берега, пропадает. Да, этой дороге тоже тьма лет, и сохранили её только стены полувековых елей, которые забрав всё солнце на себя, не позволили расти здесь кому-либо ещё. Внимание привлекли лишь поломанные растения и ветви ивняка – кто-то подходил к воде, или к водопою. Ни каких других следов.

Не помню, сколько я шарашился по таёжным просторам, но когда я возвращался с другой стороны, Катя меня уже звала. А новости-то у меня не очень хорошие, кроме того, что в реке можно набрать воды. Проделывать с велосипедами тот путь, что я сейчас проскакал еланью – не нужно, и это тоже хорошо. Внизу, по карте обозначен брод, и тропа продолжается с другой стороны реки. Но какой там может быть брод в пойме, когда и наверху тропы уже нет никакой?

Спуск вниз был очень сложным. Снова это участок глухого леса. Деревья на склоне падают с большим удовольствием, и здесь уже изобилие природного валежника, не примятого тракторами. С большим трудом спустились с горы и оказались в широкой речной долине. Пробираемся по ровной поляне к реке, как вдруг, выходим на тропу! Пешая тропа, примятая трава – здесь определённо кто-то был и не так давно. И ведь каким-то образом он сюда попал!


Около 8 ч вечера. Мы шли по хорошо заметной тропинке. Она привела нас к поляне, на которой явно очень часто кто-то отдыхает, но сейчас мы там никого не увидели. Солнечная поляна вытоптана. На ней даже какие-то "постройки", видимо для палаток, или костров.
Отсюда отходили тропки в разные стороны, но все они оказывались тупиковыми – это просто передвижения людей вдоль берега. Одна из тропинок вела к ущелью, по которому пролегал тот самый пунктир с бродом. Попробовали пробраться. Но ущелье оказалось таким скалистым, а по дну его проходил ручей такой глубины, что уверенно можно утверждать – дороги здесь не было никогда. Да и тропе было бы проще пройти поверху, чем в этой ложбине. И всё-таки, в попытке отыскать следы какого-нибудь выхода, я снова отправился пробиваться к реке налегке. Все несколько десятков метров до реки – это прыжки через петляющий котлован ручья. Течение Мишихи здесь тихое, ровное, поделённое на несколько русел. Здесь у берега фактически заводь, довольно глубоко. Перебредаю заводь вброд и пытаюсь продраться через ивняк долины – продолжается там тропа, или же нет? Натыкаюсь лишь на ещё большее русло реки, и безнадёжные заросли за ней. Не вижу смысла корячиться сюда, через броды, если можно перейти реку раньше, едва ли не по камушкам. Вдруг, среди царства зелени замечаю инородный предмет. Точнее два. Один из них – я, другой – грузовая шина, почти ушедшая в землю за долгие-долгие годы. А ведь и правда – был когда-то брод.

Пытаюсь вернуться, но не тут-то было! Соскользнув с высокого берега в реку, теперь я не могу там же подняться обратно, и вынужден искать новые пути. Пока осматривал заводь и её берега, раздаётся треск и нога моя проваливаться в землю! Что за чертовщина?! Ни какого бесовства. Похоже, я просто испортил новый натяжной потолок в бобровой хате. Ладно, друзья, вы уж меня простите, до зимы ещё есть время. Уверен, вы успеете заделать новую вентиляцию. Не желая личной беседы с хозяином коттеджа, спешно форсирую заводь и, хватаясь за пучки прибрежной крапивы, как по верёвкам вскарабкиваюсь на высокий бережок. Далее, прыжки через ручьевую расщелину, и к заждавшейся Катухе.


Покружили некоторое время по лужайке, и решили немного вернуться назад по тропе (которая ведёт сюда, но отсюда не выводит). Рома хотел полезть вброд через эту речку. Берега были илистые и поросшие тростником, дно глиняное, и вероятность застрять посреди реки в этой мутной жиже была высока.
Да, была ещё попытка пойти вброд не с ущелья, а здесь, от поляны, на которой похоже обитали охотники за плоскохвостыми зверушками. Но та скорость, с которой я начал погружаться в ил, не понравилась даже мне самому. Эту затею решили оставить, ведь с вещами и велосипедами форсирование реки будет ещё опасней.

Свернули на тропу и начали подходить к той же речушке, но теперь ее руслицо текло по камням. Живенькая речушка позволила нам через себя проскочить и даже не намочить обувь. Хотя обувь у нас и без того была мокрая:) Тропинка дальше повела нас круто вверх, но это была уже явно хоженая тропа, видимо по ней очень часто ходят люди к речке. Мы уже уверены в успехе. Долго бредем по тропинке через лес.


Набираем водичку в Мишихе, умываемся и немного приходим в себя, после всех сегодняшних таёжных испытаний. Деревья на вершинах гор украшены последними лучами солнца, а впереди ещё километра четыре до выхода из тайги.
Тропа, по которой мы идём, конечно, не часто хожена людьми, но в траве угадывается, и слегка подвявшие надломленные листья растений, свидетельствуют именно о недавнем пребывании здесь человека. Долго заталкиваем велосипеды в крутой подъём, каждый участок проходя дважды. Тропинка идёт по заросшей старой дороге, проложенной среди ельника, точно такого же, в каком я побывал ранее один. Тьма еловых зарослей только ускорила приближение вечера, но пока ещё можно идти. Видимо, посчитав, что мы слишком испачкались за эти дни, некоторое время нас помочил дождь. Шагаем быстрыми шагами, увлекая велосипед за собой, очень торопимся выйти из сырого царства тайги. Но, боги леса, сколько тут грибов!!! Пропускали-пропускали – не выдержали. Побросали велосипеды и погрузились во тьму еловых зарослей выбирать из ковра рыжиков лишь те самые маленькие и аккуратненькие, которые нам нравились. Вот перед нами море грибов, а мы кочевряжимся, выбираем молоденькие. Минут двадцать, и мы снова мчим вперёд.


Недалеко нас ожидал большой сюрприз - настоящая действующая "магистраль" для Уралов! Это мы поняли когда из чащи выбрели на широкую дорогу. (Да, это действительно очень езженая дорога! Но какого-то странного серого цвета…) С радостью по ней бы побежали вприпрыжку и даже бы поехали, если бы не высокая влажность в этих местах:) Дорога представляла собой одну сплошную жидкую массу из земли, глины и травы. По краям ее были болотца, а в самых широких частях дороги, были проложены деревянные доски, на случай если машина сядет. Короче говоря, остальные 3 км пути мы брели по лодыжку в месиве грязи. Велосипеды, конечно же, махом нахватались и почти не ехали:) Мне даже пришлось расстегнуть вибрейки - набивалось ужасно много комков и шматов глины. Тащить в разы потяжелевший велосипед в гору, когда сам изнемогаешь от усталости и ноги вымочены, сложнее чем пробираться по кустам. Но мы хотели домой:)
Первый эффект, да и второй был почти такой же, как и от просеки, с поваленными деревьями. Сначала было счастье – дорога! Но затем мы подошли к ней и вновь поняли, что по ней не пройти. Таёжный юмор был жесток и великолепен!


Жижа. Жижа и грязища – ни чего более. Либо она налита и булькает, либо она просто мягкая, хоть горшки лепи. Но горшки нам сейчас были не так нужны. Изредка по дороге проходили припозднившиеся Уралы, гружёные лесом. Глубина колеи до полуметра, но ширина её, увы, меньше ширины велорюкзака, да и просто катить рядом с собой велосипед по ней не получается. Остаётся идти поверху, но если наступить между колей, то уйдёшь не меньше чем грузовик. В итоге старались пробираться по “обочинам” мимо совершенно серых, оштукатуренных кустов, деревьев, трав. Где-то были участки суше – там шлось ещё как-то, в низинах же – вообще беда, но всё же, уйти в чащу – это был совсем невозможный вариант. Так и шли.


У моего велосипеда, с дисками и полусликами, колёса вращались с большим трудом, приходилось регулярно останавливаться и выбивать огромные лепки, нарастающие на раме. Да и рюкзак снова пошёл на спину, поскольку он давал грязи ещё больше поводов заблокировать колесо. Катин велосипед чувствовал себя ещё хуже: на самых сложных участках агрессивная резина за пару оборотов колеса нагребала столько грязи, что колёса намертво блокировались даже с расстёгнутыми ободными тормозами. Велосипедами мы поменялись, но разницы тащить полтонны или тонну, обессилившим телам уже не было. Шли только самоубеждением.
Сбросить вес велосипедов до подъёмных трёхсот и восьмисот килограмм, для моего и Катиного велосипеда соответственно, смогли лишь разъединив их с рюкзаками. Поэтому оставшиеся километры вновь проходили челноком, возвращаясь за вещами.



В 21:00 стоим на "краю" леса - мы выбрались из этой чащи! Сколько мук и счастья нам подарила тайга, чем поразила воображение, а что взяла взамен - уже толком и не перечислишь - это хорошее испытание духа!
Признаться честно, заросли уже несколько угнетали. Конечно, сказался почти тринадцатичасовой ходовой день, сильная усталость, дискомфорт в ногах (до подбородка), поэтому, сумеречный вид на открытую долину, с разбросанными по ней редкими домиками, был живительным глотком удовлетворения о проделанной работе. На душе стало заметно спокойнее, напряжение спало. Да, быстро темнеет, но сейчас палаточку куда-нибудь воткнём, и всё чудесно.
Отковыряли шматы с вилок, звёзд и переключателей – колёса завращались пуще прежнего! Велосипедам, конечно, предстоит хорошая чистка, но это всё после, а сейчас взошла полная луна.



Дальше эта дорога выводила нас через поле к станции. В поле, конечно, дорога уже сухая - идти проще - мы поехали. Крутить глиняные педали бессмысленно, и мы просто поехали с горочки, тормозя ногами (О_о Ты тормозила ногами?!) Впереди нас ждал небольшой брод через речку. Дело в том, что для реки не было водоотвода, и вода фигачила через дорогу. За какое-то время ее размыло и на нее накидали досок для машин. Мы, конечно, намокли. Сначала думали попроситься к кому-нибудь в домик, чтобы нормально умыться и отдохнуть, но все же решили не тревожить людей в столь поздний час нашими грязными лицами - напугаются еще:) Поставили палатку в траве на пригорке, решили поесть и спать. Мы были вымотаны морально и физически, вымокли насквозь и убили велосипеды. Отбой.
Палатку поставили в поле, забурившись поглубже. Впервые, высокая трава была нам на руку. Здесь мы не были тополем на Плющихе, а очень уютно расположились с видом на луну, которая, надо поблагодарить, взошла очень кстати, подарив нам свет. Вещи напоминали знаменитые штаны джентльменов удачи, да-да: “Хороший цемэнт. Совсэм не отмывается!” Всё, что было страшно заносить в палатку, развешали на околопалаточном кустике, который одиноко торчал в этом поле, как раз, как тополь. Поужинали чаем, аспирином и размоченными остатками безвкусных сухариков, которые уже не радовали, не смотря на голод. Хотя, и голод ощущался слабо, даже грибочки повезём домой. Сегодня усталость брала абсолютную победу над всем: голодом, холодом, болями. Легко и с удовольствием предаёмся сну.

22 августа встали в 8:00. Спать было холодно и очень мокро. Промучились всю ночь. Погрели чай и чего-то съедобного закинули в рот. До станции, наверное, около километра. Мы отмыли велосипеды в реке и поехали дальше.
Взбушевавшийся холод я заметил лишь под утро. Чай и шоколадка-великомученица – всё, что нам удалось сберечь к этому утру. Но, этого и достаточно, ведь сегодня мы едем домой. Главное, не опоздать на свой паровоз. Чтобы доехать до станции, приводим велосипеды в порядок, да и с таким страхолюдством нас в электричку не пустят.


Пока мы "купали коней" - мимо проезжал Урал. Это невероятная махина! Столько мощи, столько массы. Доски трещали под ней! Это неописуемое зрелище!
Старенький, доверху гружёный лесом Урал подъехал к броду и плавненько в него погрузился, как купальщик, который входит сухим в холодную воду и боится намочить попу. Мерно порыкивая, прополз он до середины грязищи и сел, утопленный по брюхо. Я решил было подумать, что это очень нехорошо, но водитель взволнованным не выглядел, на его лице была полная уверенность, дескать: “Всё по букварю. Пункт первый. Засади Урал по гланды. Пункт второй..” И вот на второй пункт, что-то лязгнуло, грузовик содрогнулся, бешено взревел, огромная туча чёрного дыма взвилась в воздух, и все шесть огромных колёс разом провернулись, сдвинув махину с места. Далее рёв только нарастал, из под колёс вылетали тонны глины, грузовик то кренило, то подбрасывало, громыхали стянутые цепями брёвна… Медленно и степенно, спалив, наверное, бочку топлива, таёжный танк плыл вперёд. Наконец, ухватившись передними колёсами за сухую дорогу и вздыбившись в полный рост, грузовик, под шум стекающих с него водопадов, выбрался из грязевого плена. Хотя, пленом это и не было. Он не буксовал, он так ехал. Потрясающе!

Ехали по грунтовке, стараясь не запачкать велосипеды. Магазинов в деревушке Анатолий не было, да мы и не претендовали. Хотелось домой. Пришла электричка, и мы поехали. 3,5 часа до Барнаула, прибыли в город в 17:00. Поели шаурмы из киоска, и дорога домой - 15 км по городу.
Как шумно в городе. Машины, люди, рекламы, телефоны - все пестрит и движется - и зачем вам все это?.. Мы были уставшие, покусанные, грязные, голодные, но в кармане у нас была сбывшаяся мечта! Мы хотели домой, но не хотели в ГОРОД... На нас смотрели как на бродяг, косились, а мы знали, что делали и улыбались в ответ.
В 18:00 мы оказались дома. Ехали не спеша, наслаждаясь мыслями о доме. Приехали. Вот и все. Кому расскажешь - не поверят. Про тайгу, и летающий бульдозер, про простых деревенских людей, про бескрайние просторы природы, про чудной красоты луга.

Всё сидите дома? А мы поехали!

-----
Подошёл к концу поход, который мы из трёхдневного сделали шестидневным. Это доставило нам массу памятных впечатлений, позволило увидеть и почувствовать кое-что действительно новое. Два с половиной дня и завершающий, с переездом домой, мы перемещались по равнинам и открытым предгорьям, а ещё двое с половиной суток и 41 километр пути, посвятили тайге. Всего на велосипедах мы проехали около 220 км, и ещё 30 км они проехали на нас. Мы посетили музей космонавтики, встречали рассветы и закаты в поле, на берегу озера, в таёжной глуши. Наш путь проходил по асфальту, гравийным и грунтовым дорогам, тропам, тропкам и безобразиям, траве, травке и травище, кустам, валежнику и самым диким местам тайги в царстве Великих лесных духов. Нам довелось несколько раз форсировать реки, как по мостам и деревянным мостикам, так и вброд. Мы спускались в тёмные, сырые ущелья и вновь взбирались на вершины, а один из участков пути проходили по самой высокой точке Тягунского хребта - горе Плоская, 562м. Нам встретились интересные люди и кони, а также живой лес, в ласкающей тиши которого всегда можно увидеть чудных птиц и услышать звуки блуждающих по чаще таинственных зверей.
Вот каким был ещё один дорогой сердцу поход.






























GPS-трек самой интересной части нашего маршрута можно скачать здесь. Не повторять! Опасно!


Читать велоисторию с самого начала.


Tags: Анатолий, СОВЯТА.ру, Сунгай, велопоход, дебри, сферическая панорама, тайга
Subscribe

  • Чёрно-белая эстафета

    Несколько дней назад оказался вовлечён в один из этапов путешествующей по миру фотоэстафеты, в которой каждый участник должен пять дней подряд…

  • Просиживаю

    Хоть на край земли, лишь бы на диване.

  • Вечерний Барнаул, площадь Октября

    Площадь Октября - одна из центральных площадей Барнаула, была предусмотрена генеральным планом развития города Барнаула 1937 года, как главная…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments

  • Чёрно-белая эстафета

    Несколько дней назад оказался вовлечён в один из этапов путешествующей по миру фотоэстафеты, в которой каждый участник должен пять дней подряд…

  • Просиживаю

    Хоть на край земли, лишь бы на диване.

  • Вечерний Барнаул, площадь Октября

    Площадь Октября - одна из центральных площадей Барнаула, была предусмотрена генеральным планом развития города Барнаула 1937 года, как главная…